Уральский Журнал Правовых Исследований


Уральский Журнал
Правовых Исследований

А давай нашу, уральскую

Несомненно, практика, формируемая Верховным Судом РФ, пользуется авторитетом у судей нижестоящих судебных инстанций, а также гораздо чаще придается огласке со стороны юридического сообщества путем распространения информации о ней в сети Интернет. Однако о правовых позициях арбитражных судов округа студентам юридических факультетов рассказывают мало, хотя фактически в большинстве дел применяются именно они. Сегодня я хочу несколько сравнять счет.

И, конечно же, речь пойдет о судебной практике Арбитражного суда Уральского округа (далее – ФАС УО) по делам о банкротстве, в частности, о недавно утвержденном обзоре практики, с которым при желании можно ознакомиться тут: http://fasuo.arbitr.ru/node/15802. Данный обзор практики связан с процессуальными особенностями дел о банкротстве.

Правовые позиции ФАС УО в предложенном обзоре условно, ради удобства, делятся на следующие категории:

  1. Позиции, связанные с определением предмета доказывания;
  2. Позиции, касающиеся процессуальных прав участников судебного производства в банкротстве;

Ну что же, рассмотрим первую группу правовых позиций.

1) В случае если при оспаривании договора указано, что он является одним из цепочки взаимосвязанных сделок, суд должен рассмотреть ходатайство об уточнении заявленных требований, определить круг обстоятельств, подлежащих исследованию в рамках такого обособленного спора, и соответствующий состав лиц, участвующих в его рассмотрении (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 05.03.2018 № Ф09-1451/17 по делу № А76-7846/2015).

В данном деле арбитражный управляющий, оспаривая сделку, заявил ходатайство об уточнении предмета заявления, указав при этом, что оспариваемый договор – всего лишь звёнышко в цепи сделок между аффилированными лицами, и что цель этих сделок – вывод имущества должника.

Суды первой и второй инстанций не прислушались к финансовому управляющему и очень даже зря. ФАС УО указал, что, если арбитражный управляющий заявляет ходатайство об уточнении предмета заявления об оспаривании сделки, мотивируя это возможным наличием схемы вывода имущества должника, то обстоятельства, на которые ссылается арбитражный управляющий, должны быть проверены судом.

При этом суду необходимо установить следующий круг обстоятельств, подлежащих исследованию, а именно: юридическая квалификация спорных правоотношений; нормы права, подлежащие применению; способ восстановления нарушенных прав кредиторов; состав спорящих сторон (раз имела место цепочка сделок, значит, есть контрагенты, т.е. новые спорящие лица).

2) В случае, когда в рамках одного дела о банкротстве имеется несколько обособленных споров о признании недействительными сделок по отчуждению имущества должника, к числу обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения отдельного обособленного спора, относится, в частности, установление того, не являются ли действия по заключению оспариваемого договора одним из элементов совокупности действий по отчуждению активов должника (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 07.02.2018 № Ф09-11316/16 по делу № А60-57667/2015).

И тут речь тоже идет о возможном наличии схемы вывода имущества должника. Так, финансовый управляющий (тот самый, который с физиками нянчится) подал заявление об оспаривании сделки по безвозмездной передаче недвижимого имущества от должника к его родственнику.

Суды первой и второй инстанции в удовлетворении заявления финансового управляющего отказали.

Вся беда состояла в том, что данная сделка была не единственной безвозмездной сделкой, т.е. должник еще просто так, проявляя любовь к своим родственникам, отчуждал недвижимое имущество. Плюс ко всему, эта недвижимость была в залоге.

Наличие данного обстоятельства вызвало у ФАС УО подозрения, в связи с чем, дело отправилось на второй круг. При этом ФАС УО отметил, что судам нужно было проверить и дать ответ на вопрос: являются ли все эти безвозмездные сделки элементами одной и той же схемы по выводу имущества? Также ФАС УО указал, что при установлении цели совершения сделки по безвозмездному отчуждению нежилых помещений при имеющейся финансовой ситуации судам необходимо было исследовать объем и состав оставшегося у должника после совершения указанной сделки имущества. Учитывая, что спорное имущество являлось предметом залога, судам надлежало также установить, могло ли отчуждение нежилых помещений фактически повлиять на возможность удовлетворения за счет данного имущества требований иных (не залоговых) кредиторов должника, повлекла ли сделка ухудшение их положения.

3) Об обстоятельствах, подлежащих доказыванию конкурсным кредитором при реализации права на судебную защиту посредством обжалования судебного акта в порядке п. 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.04.2018 № Ф09-13117/12 по делу № А60-16261/12).

Директор общества признан ответственным за причинение этому обществу убытков. Этот же, но уже бывший директор пытался добиться пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, ему отказали. Далее в отношении бывшего директора возбуждено дело о банкротстве.

Один из новых кредиторов пытался оспорить решение суда о признании директора общества ответственным за причинение этому обществу убытков. При этом новый кредитор основывался на положениях п.24 ПП ВАС № 35 от 2012 года. Согласно п.24 указанного постановления если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, то на этом основании они (и арбитражный управляющий тоже) вправе обжаловать указанный судебный акт.

ФАС УО указал, что необходимо учитывать не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемый акт существенным образом влияет на права и законные интересы кредитора, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены.

В данном случае не предполагается ревизия судебных актов лишь по причине несогласия кредитора с оценкой доказательств, данной судами при рассмотрении дела в порядке искового производства, но создают возможность заинтересованному лицу, ранее не принимавшему участие в процессе, в целях судебной защиты своих прав, нарушенных неправосудным решением, заявить новые доводы в отношении значимых для дела обстоятельств, которые, по его мнению, не были проверены судами.

Так, нарушение требований ст. 65, 71, 168, 170 АПК РФ суд апелляционной инстанции (который «повелся» на доводы кредитора) не дал оценку доводам общества о том, что приведенные конкурсным кредитором аргументы повторяют доводы бывшего директора общества, которые неоднократно были предметом рассмотрения судов трех инстанций, и по сути являются попыткой освободить бывшего директора от гражданско-правовой ответственности, что свидетельствует о злоупотреблении правом; не исследовал вопросы о том, каким образом, принятый по делу судебный акт влияет на права и законные интересы конкурсного кредитора, являются ли приведенные аргументы и представленные доказательства ранее не исследованными судами и способны ли они послужить основанием для отмены судебного акта с учетом изложенных правовых позиций.

Перейдем ко второй группе споров, но всю её очень трудно охватить в рамках одного обзора, поэтому я остановлюсь на самых интересных, на мой взгляд позициях.

1) Правом на оспаривание проведенных в процедуре банкротства торгов обладает любое заинтересованное лицо, независимо от наличия у него статуса лица, участвующего в деле или арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Наличие судебного акта, вынесенного по заявлению иного лица об оспаривании торгов и заключенного по результатам их проведения договора, не препятствует рассмотрению по существу нового требования о признании этих же торгов недействительными, заявленного другим лицом по иным основаниям (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 01.02.2018 № Ф09-1774/14 по делу № А60-52543/2012).

Гражданин в рамках дела о банкротстве общества обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными открытых торгов в форме публичного предложения по продаже права требования должника к этому гражданину и заключенного по результатам торгов договора цессии. Суды первой и апелляционной инстанции отказали ему, указав на то, что он, по смыслу ФЗ «О банкротстве» не является участником арбитражного процесса по делу о банкротстве.

ФАС УО поправил нижестоящие суды. Так, исходя из общего смысла положений ч.1 ст.4 АПК (право на судебную защиту), 449 ГК (оспаривание торгов), п. 18 ПП ВАС от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» любое заинтересованное лицо вправе начать оспаривать торги в банкротстве.

При этом оспаривание торгов и заключенного по результатам их проведения договора иным лицом и принятие по его заявлению судебного акта не препятствуют рассмотрению по существу нового иска о признании этих же торгов недействительными, заявленного другим лицом по иным основаниям.

Учитывая изложенное, отсутствие у заявителя статуса лица, участвующего в деле, а также в арбитражном процессе по делу о банкротстве, не является препятствием для оспаривания проведенных в процедуре банкротства торгов.

2) При рассмотрении вопроса о введении в отношении должника процедуры банкротства (при наличии нескольких заявлений о признании должника банкротом) суд оценивает доводы первого заявителя о фактической неплатежеспособности должника с учетом всех поданных и принятых к рассмотрению заявлений (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.05.2018 № Ф09-8147/17 по делу № А34-2210/2017).

Общество-кредитор обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании завода-должника несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры наблюдения. Суды первой и апелляционной инстанции оставили заявление без рассмотрения, указав на отсутствие признаков из ч.2 ст.33 ФЗ «О банкротстве».

ФАС УО указал следующее. Предоставляемая кредиторам возможность инициирования процедуры несостоятельности является одной из форм защиты права на получение от должника причитающегося надлежащего исполнения. При этом правило о минимальном пороговом значении размера учитываемого требования не должно освобождать должника от введения процедуры несостоятельности при наличии сведений, очевидно указывающих на его неплатежеспособность, то есть на прекращение исполнения должником денежных обязательств (абз. 37 ст. 2 Закона о банкротстве), а также на недобросовестность лиц, вовлеченных в спорные правоотношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 307-ЭС17-18665).

В обоснование доводов о необходимости введения процедуры банкротства общество указывало на наличие у завода признаков объективного банкротства (превышение совокупного размера обязательств должника над реальной стоимостью его активов), ссылаясь на значительное количество исполнительных производств, возбужденных в отношении должника, и неисполнение заводом обязательств в рамках данных исполнительных производств.

Кроме того, после обращения с заявлением общества в арбитражный суд последовательно было подано порядка 8 заявлений различных кредиторов о признании завода банкротом (вопрос о введении в отношении должника процедуры банкротства рассматривается судом первой инстанции более года).

ФАС УО, основываясь на вышеизложенном, пришел к выводу о том, что судам необходимо было оценить доводы заявителя о фактической неплатежеспособности должника.

3) Принятие судом в рамках дела о признании недействительным решения налогового органа обеспечительных мер в виде приостановления действия оспариваемого решения является основанием для оставления без рассмотрения заявления налогового органа о признании лица банкротом в связи с неисполнением налоговых обязательств, установленных таким решением.

Уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия банкротом, ссылаясь на наличие неисполненных обязательств по уплате обязательных платежей, которые установлены решением налогового органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения. Однако арбитражным судом вынесено определение об обеспечительных мерах в виде приостановления указанного акта налогового органа, поэтому заявление о признании налогоплательщика банкротом оставлено без рассмотрения. Т.е. было два разных спора – в одном оспаривался акт налогового органа, где и были обеспечительные меры, а в другом – попытка налоговой обанкротить налогоплательщика.

ФАС УО согласился с тем, что данное заявление должно оставаться без рассмотрения.

ФАС УО указал следующее, исправляя ошибки суда апелляционной инстанции.

По смыслу п. 2 ст. 33 Закона о банкротстве проверка обоснованности требований к должнику – юридическому лицу заключается в установлении совокупности фактов, к числу которых относится доказанность оснований возникновения задолженности.

Данный критерий означает, что при подаче заявления о признании должника банкротом должны быть соблюдены требования о том, что значительная часть задолженности должна считаться неоспоримой, то есть не являться предметом существующего юридического спора.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве требования уполномоченных органов об уплате обязательных платежей принимаются во внимание для возбуждения производства по делу о банкротстве, если такие требования подтверждены решениями налогового органа о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника либо вступившим в законную силу решением суда или арбитражного суда.

Отменяя определение суда первой инстанции об оставлении требования уполномоченного органа без рассмотрения, апелляционный суд не принял во внимание известные ему сведения о том, что на дату обращения уполномоченного органа с заявлением о признании предприятия банкротом в производстве арбитражного суда находилось дело, возбужденное на основании заявления предприятия о признании недействительным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, на котором основано требование уполномоченного органа в рассматриваемом споре, и в рамках названного дела в соответствии со ст. 91 АПК РФ судом приняты обеспечительные меры в виде приостановления действия решения налогового органа.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 3 постановления Пленума от 22.06.2012 № 35, если после принятия судом заявления конкурсного кредитора о возбуждении дела о банкротстве и до рассмотрения его обоснованности суд установит, что исполнение судебного акта, подтверждающего требования заявителя, приостановлено (ст. 283 или 298 АПК РФ), отсрочено либо рассрочено (ст. 324 АПК РФ), арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, оставляет это заявление без рассмотрения.

Сравнительный анализ положений ст. 91 и 283 АПК РФ показывает, что обе названные меры направлены на сохранение существующего состояния отношений между сторонами в спорном обязательстве.

С учетом изложенного признан правильным вывод суда первой инстанции о том, что требования уполномоченного органа не следует рассматривать как в достаточной степени подтверждающие наличие оснований для возбуждения процедуры банкротства в отношении предприятия.

Читая обзор ФАС УО, невозможно не отметить, что он, формируя собственную правовую позицию, постоянно ссылается на правовые позиции ВАС РФ и ВС РФ. Так, правовые позиции ВАС РФ и ВС РФ получают свое дальнейшее развитие в деятельности арбитражных судов округов.