Уральский Журнал Правовых Исследований


Уральский Журнал
Правовых Исследований

«Гость пожаловал»

Главный редактор нашего журнала Александр Козырин и член редакционной коллегии Александр Васильев балуют нас обзором практики! 

«Гость пожаловал»

Говорят, в наши края пожаловали странные люди (с) к/ф «Властелин колец: Братство Кольца». 


А в определениях коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ в последние два года все чаще стали появляться вот такие слова: «… должен применяться повышенный стандарт доказывания». Но, спросите вы: что это все означает? 


А это означает, что в правоприменительную практику РФ пожаловал новый гость из англо-саксонской правовой семьи – институт стандартов доказывания. 
Институт стандартов доказывания характерен для англо-саксонских правопорядков. Под стандартами понимаются критерии, на основании которых для суда устанавливается, имел ли место определенный факт. Для установления факта орган или лицо, управомоченные на установление фактов (trier/finder of fact, например, коллегия присяжных или судья) применяет этот критерий к набору доказательств, представленных сторонами в процессе. 


Из наиболее известных стандартов можно выделить следующие: 

  • Судами Англии используются *стандарт «за пределами разумных сомнений» (обоснование стороной того, что все альтернативные возможности объяснения доказательств крайне маловероятны, применяется для уголовных дел), *стандарт «баланс вероятностей» (обоснование стороной того, что факт скорее имел место, чем не имел, применяется для гражданско-правовых споров). 
  • Судами США используются *аналогичный британскому стандарт «за пределами разумных сомнений», *аналогичный британскому «балансу вероятностей» стандарт «перевес доказательств», *дополнительный - «ясные и убедительные доказательства». Плюс института стандартов доказывания заключается в том, что процесс правосудия упорядочивается и сторонам становятся понятнее сами «правила игры» (что как раз таки и востребовано бизнесом и гражданским оборотом по всему миру). При этом, он как и любое явление не лишен неоднозначности. Кроме того неизбежен вопрос: а мог ли сей «заморский гость» почувствовать себя у нас как дома? Ведь важный сопутствующий элемент стандартов доказывания – это состязательность процесса, т.е. риск последствий за то, что в случае твоей пассивности как стороны ты будешь переигран оппонентом, который стандарт выполнил (наиболее ярко это видно из самого названия стандарта доказывания в США «перевес доказательств»). Такая установка стандартов, от соблюдения которых зависит выигрыш дела, не в полной мере свойственна системе российского правосудия (гораздо более патерналистской). Так могли ли бы мы гостеприимно напоить такого гостя чаем? Где бы он нашел себе уютное место? 

Судебная практика показала, что местом, где наш гость обжился стали дела по банкротству. На наш взгляд, история появления повышенного стандарта доказывания по делам о банкротстве берет свои начала в эпоху «конца света» (2012 год), когда Высший Арбитражный Суд издал Постановление Пленума ВАС № 35 от 22.06.2012. В п. 26 данного постановления содержатся следующие разъяснения: «При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности». 

К концу 2018 года практика применения института стандартов доказывания в делах о банкротстве сложилась следующим образом. КЭС ВС РФ по спорам о включении в реестр требований кредиторов отмечает следующее: «В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда судебный спор разыгрывается должником и "дружественным" с ним кредитором с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр и последующего участия в распределении конкурсной массы. В связи с тем, что интересы сторон такого спора совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на решение иных задач … суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом» (Определение КЭС ВС РФ 308-ЭС18-9470 от 28.10.2018; Определение КЭС ВС РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197; Определение КЭС ВС РФ от 23.08. 2018 № 305-ЭС18-3533). 


Не остались без внимания и неминоритарные акционеры (участники) и кредиторы, степень аффилированности которых с должником буквально зашкаливает. К ним тоже предъявляются жесткие требования к доказыванию при попытке включиться в реестр требований: «При рассмотрении же требований о включении неминоритарных акционеров (участников) применяется более строгий стандарт доказывания, такие акционеры должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть наличие у такой задолженности корпоративной природы, в частности, подтвердить, что при возникновении долга они не пользовались преимуществами своего корпоративного положения (например, в виде наличия недоступной иным лицам информации о финансовом состоянии должника, возможности осуществлять финансирование в условиях кризиса в обход корпоративных процедур по увеличению уставного капитала и т.д.)» (Определение КЭС ВС РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413). «В рассматриваемом случае должник является единственным участником кредитора (он же и аффилирован с кредитором - авторы), следовательно, на последнего возлагается повышенный стандарт доказывания» (Определение КЭС от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3)). Практически в каждом из приведенных выше примеров судебной практики ВС РФ как раз ссылался на п.26 ПП ВАС от 22.06.2012 № 35. 


Повышенный стандарт доказывания также применяется в спорах о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в частности, Экономическая коллегия ВС РФ отмечает: «…необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах» (Определение КЭС ВС РФ от 6.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3)). Т.е. в данном случае, КЭС ВС РФ недвусмысленно намекает на повышенный стандарт доказывания. 


Таким образом, заморский гость в лице института повышенного стандарта доказывания нашел свое уютное место в российской правоприменительной практике по делам о банкротстве. 
Хотя сфера его применения, на наш взгляд, пока является узкой (споры о включении в реестр требований кредиторов и споры о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ), и еще нельзя говорить о точной оформленности стандартов как в англо-саксонских юрисдикциях, но можно сделать вывод о том, что указанный институт имеет большой потенциал в будущем.